В любом процессе, деле, действии человек жаждет развязки, финала, стремясь при этом к определенному результату. И этот результат может либо оправдать надежды, либо их разрушить. Клинический психолог «Службы Социальной помощи 911» Ольга Анатольевна Быкова считает - любой процесс, любое дело необходимо доводить до конца, то есть завершать, особенно это касается реабилитационного процесса.

- Ольга Анатольевна, часто ли родители наркозависимых людей выступают в роли провокаторов к возвращению резидентов в активное употребление наркотиков?

- Возможно, я Вас удивлю, но это так и есть! Родители часто провоцируют своих детей к срыву. Почему так происходит? Сейчас я постараюсь это объяснить. Что испытывают и чувствуют родственники зависимых людей, когда приходят в центр в самый первый раз на консультацию? Скорей всего это чувство отчаяния, безнадежности, чувство горечи за близкого человека, ощущение собственной беспомощности, потому что, как правило, люди, обращающиеся за помощью в реабилитационный центр уже испробовали самые разные попытки прекратить употребление своего близкого человека и центр является неким последним пристанищем, некой последней попыткой получить помощь. Они рассказывают о том кошмаре, который творится в их семьях, о своих переживаниях по поводу своих близких, они действительно переживают страх реально потерять своего близкого, родные боятся смерти человека.

Когда человек все-таки поступает на лечение от наркомании, у родственников возникает надежда, что вот сейчас специалисты сделают все возможное, чтобы человек вышел из зависимости, обрел новые шансы, новую жизнь, и что теперь у них все будет замечательно и хорошо. И это здорово, особенно когда родственники начинают действовать в некой коалиции с лечебной командой, делать все, что от них зависит в данной ситуации, а от родственников зависит очень многое и мы говорим, что вклад в выздоровление это 30-40 процентов.

Находясь определенное время в реабилитации, человек начинает заинтересовываться своим выздоровлением, он начинает вникать в программу, он начинает вникать в суть самого заболевания «зависимость», и видеть проблемы, то есть корень своего заболевания, и в этот момент родственники вдруг принимают решение забрать своего близкого из лечения! И здесь мы задаем себе вопрос – что же происходит? Почему родственник наркозависимого, который к нам приходил в отчаянии с полной решимостью помогать своему близкому человеку, вдруг принимает решение забрать его?

- Получается, что родные действуют необдуманно, тем временем ставя под угрозу жизни своих близких? Или, так происходит от недостатка определенных знаний о созависимости?

- Здесь могут играть роль сразу несколько факторов. Первое – это непонимание сути заболевания, когда близкие люди думают, что главное чтобы зависимый понял, что он зависимый и принял осознанное решение больше не употреблять. Как только это происходит, как только приходит такое понимание, вроде как дело сделано, и можно дальше жить. Это говорит о непонимании сути заболевания и сути выздоровления. Потому что болезнь не лечится просто пониманием, когда у человека сломана нога и ему недостаточно просто понимать, что у него сломана нога, и получить этот диагноз для того, чтобы она просто срослась и он начал бегать как прежде. Согласитесь, что нужно пройти лечение.

Второй фактор, который может послужить тому, что родственники забирают своих близких из реабилитации в момент, когда только начинается процесс выздоровления, или когда этот процесс в самом разгаре, - это так называемые « созависимые» процессы, которые происходят с родственниками.  

Они начинают тосковать, скучать, их жизнь становится как будто бы пустой и бессмысленной, они теряют возможность контролировать своих близких. Им, как будто бы не хватает этого в жизни. Каких-то переживаний, возможности контроля: « Где он?», «А с кем он?» У них нет возможности звонить ему. И родственники находят причину для того, чтобы просто вернуть своего близкого человека домой. И скорей всего наркозависимый в ближайшее время сорвется и именно для того он это сделает, чтобы дать возможность своим созависимым родственникам контролировать его, «заботиться» о нем, держать его в поле зрения….

Иногда, забирая человека домой, родственники не всегда открыто и честно озвучивают свой мотив. Они начинают придумывать какие-то обстоятельства, почему именно сейчас очень срочно нужно забрать близкого человека из реабилитации. Как будто бы что-то стало гораздо важнее, чем выздоровление зависимого человека. Хотя в какой-то момент все родные сталкивались с тем, что ситуация заходила до того, что казалось пусть что угодно будет, лишь бы он не употреблял.

Многие родственники так и говорят на первой консультации пусть он сидит дома, пусть он не работает, пусть он там все что-угодно делает, мы на все согласны, лишь бы он прекратил употребление. Но почему то в какой-то момент это все обесценивается и родственники придумывают какие-нибудь обстоятельства, которые вдруг становятся гораздо важнее, чем здоровье и по сути важнее жизни зависимого человека.

- Если родственники наркозависимых сами себя так ведут, не говорит ли это о том, что они, так же как и их родные нуждаются в лечении?

- Совершенно верно, вот эта нечестность близких людей как раз то и говорит о заболевании самих близких, о их «созависимости», об их непонимании болезни, сути болезни, и сути выздоровления своего в том числе. Не возможно потом создать отношения конструктивным способом. Если близкие не будут участвовать в процессе выздоровления, не будут понимать, что им тоже нужно что-то менять в себе, в своем поведении с зависимыми, и в своем восприятии зависимого, как члена семьи, как члена общества, то проблема останется нерешенной.

Получается, что внутри семьи, внутри семейных взаимоотношений ничего не изменилось, родственники как контролировали, как вели эти созависимые отношения, так и продолжают это делать, вынуждая зависимого человека вернуться к употреблению, провоцируя возобновление употребления. Причем как это не звучит парадоксально, родные не понимают, как себя вести в отношении с ним по-другому, по-новому. Они не понимают как вообще выстраивать жизнь, как выстраивать с ним общение, потому что в течение достаточно длительного времени - нескольких лет - общение было, но это была нездоровая модель поведения, когда общение сводилось только к контролю: «Ты сегодня снова употребил? А когда же ты закончишь? Да сколько можно?». Как мы видим, жизнь деструктивных семей наполнены скандалами.

- Как же объяснить родственникам, что лечение необходимо доводить до конца?

- Всегда здравомыслящие решения - это решения доводить до конца любое дело, любой процесс. Возьмем в приме ту же сломанную ногу, было бы не совсем логично отправлять человека со сломанной ногой в гипсе на работу, предположим, или куда-то идти. Мы же стараемся как-то оберегать сломанную ногу, не правда ли? «Ты много не ходи, ты посиди, ты береги свою ногу».

Я всегда говорю родственникам зависимых людей на наших занятиях, что очень жаль, что в зависимости не видно явно больного органа. Когда видно, что этот орган зажил и виден результат. Понимаете, ведь родители зачастую отправляют своих близких на реабилитацию не с целью выздоровления, а с целью наказания. Родственники таким образом хотят показать свою силу и власть близкому человеку таким образом сказать ему, что если ты не будешь меня слушаться и продолжишь употреблять, то я с тобой сделаю все что захочу, отправлю в реабилитационный центр. При этом родственники хотят, чтобы с их близкими сотрудники центра вели себя очень строго, наказывали его, то есть просят об этом, и это сразу видно, что родственники таким образом наказывают его. Как правило, в данном случае родственники через месяц забирают его из центра и говорят: «Если ты еще хоть раз употребишь, то мы тебя отправим в центр». Это похоже на то, когда ребенка в угол поставили, он постоял в углу и ему говорят, если ты еще будешь так себя вести, то мы тебя снова в угол поставим.

Уважаемые родственники и близкие наркозависимых людей! Необходимо понимать, что реабилитационный центр – не место для наказаний, у нас нет цели наказать за употребление, потому что употребление - это симптом заболевания химической зависимости, это тоже самое, что наказать больного за то, что у него насморк и он болеет гриппом. До тех пор пока вы не вылечите грипп, насморк не прекратится, вы можете ставить человека в угол, вы можете брать ремень, вы можете еще как-то наказывать, но насморк не прекратятся до тех пор, пока ВЫ не вылечите причину. С зависимостью то же самое, вы можете отправлять куда угодно, применять какие угодно жесткие меры, но употребление прекратится только тогда, когда человек полностью пройдет курс лечения от химической зависимости и никак по-другому это произойти не может.

- Родители часто ссылаются на слова наркозависимых. Можно ли верить выздоравливающему наркоману на ранних сроках чистоты?

- Да, родители часто говорят: «Вот он мне сказал, что ему хватит» . Нет такого критерия выздоровления: «Он сказал, что ему хватит, вот поэтому все!!!» Это не критерий выздоровления человека. Или мама резидента говорит: «Я подумала, что он так хорошо выглядит, так хорошо разговаривает, значит все хорошо, значит, дальше он может идти работать» . Понятно, что любой человек после месяца нахождения в центре будет нормально разговаривать, слушая лекции, он будет выдавать эту информацию, которую услышал на занятиях, но это не значит, что он живет этой информацией, что он принял ее для себя и встроил ее в свою жизнь, научился конструктивно действовать.

У нас иногда в центре доходит до того , что резиденты берут тетрадку с лекциями, садятся и звонят близким людям. И при этом начинают по тетрадке с ними разговаривать: «Вот, я теперь буду делать вот так вот и так! Я уже выздоровел». Это конечно шокирует близких, они говорят: «Ну, надо же, какой прогресс, как здорово, он теперь разбирается в жизни». К сожалению, это большое заблуждение. У нас нет какого-то временного отрезка, что вот человек взял и выздоровел. Выздоровление идет в индивидуальном темпе, потому что кто-то быстро включается в программу, в процесс реабилитации. У кого-то уходит несколько месяцев только на сопротивление процессу выздоровления, на отрицание, на нежелание признавать то, что человек зависимый.

И, когда человек только через три месяца включается в программу, конечно, его сроки выполнения лечебного плана отодвигаются, кроме того, такое состояние некоего отрицания может включиться и уже в самом процессе - человек начинает выздоравливать, вроде бы все хорошо, у него есть понимание, он сотрудничает с лечебной командой, но наступает определенный кризис, обычно в три, в шесть месяцев наступают кризисные периоды, когда у него как раз идет обострение его заболевания, это выглядит примерно так. Человек говорит: я все, ребята, понял, спасибо вам большое, я пошел заниматься своими делами. Это как раз кризис периода, когда нужно наоборот немножко попридержать и приосадить человека, приостановить и позволить прожить сопротивление свое. Естественно, такие меры оттягивают сроки написания заданий, кроме того, случаются такие симптомы, когда человек уже понимает, что ему пора покидать центр, где все очень понятно, все очень стабильно, отношения все открыты и прозрачны, нет манипуляций со стороны лечебной команды, со стороны пациентов, он привыкает к тем правилам, которые здесь существуют. В это время он чувствует стабильность, и тут вдруг он понимает, что буквально через месяц ему предстоит выход в социум и это вызывает страх: « А что же там будет, а как же там будет, а вдруг я сорвусь? А вдруг я почувствую сильное желание употребить?». И тогда резидент искусственно начинает затормаживать процесс выздоровления, говоря: «Мне сложно написать задание, мне нужно больше времени на его написание». В этом тоже нет ничего страшного, просто надо постепенно подготавливать человека к выходу.

Реабилитация наркозависимых – процесс очень тонкий, в это время происходят глубокие психологические процессы в человеческой личности. И все не так просто, как нам порой кажется. Поэтому здесь главное не торопить процесс выздоровления, включиться в работу для «созависимых» и научиться быть терпеливыми родственниками. А если у Вас еще остались вопросы, которые хотелось бы задать, то приглашаю Вас каждую субботу с 11 до 13 часов посетить одно из занятий для родственников наркозависимых. Группы проходят по адресу улица Семьи Шамшиных, 64, оф. 215 анонимно и совершенно бесплатно.

С клиническим психологом «Службы Социальной помощи 911» Ольгой Анатольевной Быковой встречалась журналист Фонда «Возрождение» Анжела Грушецкая.